Молодой нападающий «Торпедо» Никита Артамонов в интервью сайту Sport24 рассказал, что думает о повышенном внимании к себе, как ему удалось пробиться в основу «Торпедо» и что он думает о драфте НХЛ.
Никита Артамонов — настоящее открытие КХЛ. Нападающий, которому только пару недель назад исполнилось 18 лет, начал сезон в первом звене «Торпедо». Форвард в прошлом году стал частью обмена вратаря Андрея Тихомирова в «Нефтехимик» и до этой осени особо не блистал. Но за межсезонье сумел доказать Игорю Ларионову, что может играть во взрослой лиге. В 26 матчах у него 14 (4+10) очков при среднем игровом времени в 14 минут.
— Как ваше здоровье?
— Сейчас уже все хорошо, поехал на выезд с командой, должен с «Трактором» сыграть (разговор состоялся 24 ноября, перед матчем со СКА — прим. ред.). Травма неприятная, но сначала думал, что будет хуже. К счастью, обошлось.
— В каком моменте со «Спартаком» получили травму?
— Да я сам не успел сгруппироваться и получил удар. Рукой улетел в стекло. Сначала думал, что сломал ключицу. Не мог руку поднять, но потом боль начала уходить. Я хотел вернуться в игру, но мне сказали, что не надо. Восстановление должно было занять 4 недели. Получается, прошло даже меньше.
— Очень расстроились?
— Да. Ненавижу получать травмы. Тут еще на ровном месте. Потом уже дома с родителями побыл, и меня отпустило.
— Травм в карьере было много?
— В школе, когда мне было 14 лет. Там еще карантин из-за коронавируса начался, я в общей сложности девять месяцев был без хоккея.
— Вы вообще терпеливый хоккеист: будете тщательно заниматься физиотерапией или рветесь на лед, а врачам приходится вас тормозить?
— Я тот, кто рвется на лед. Еще возраст такой, всегда хочется играть. Мне тренеры отдыхать дают, а я просто не могу сидеть, когда кто-то играет.
— Вам сейчас нельзя было нагружать руку, работали над нижней частью тела?
— Да на самом деле я делал все кроме руки. Потом уже, когда разрешили травмированную руку нагружать, было тяжело, она у меня как незнакомка была.
— Недавно у вас было день рождения. Как отмечали 18-летие?
— Родители приехали в Нижний Новгород. С ними вместе побыли и все. Утром была тренировка.
— Самый необычный подарок или поздравление?
— Две девочки, болельщицы «Торпедо», подарили огромную фруктовую корзину. Очень много было фруктов.
— Главный вопрос — как вам играется без маски?
— Мне не особо удобно без маски. Неделю катаюсь и не могу никак привыкнуть. Но привыкать надо, в визоре обзор больше. Если бы была возможность, я бы лучше играл в маске. И безопаснее это. Не хочется получить по лицу и пропустить матчи. Но раз в России принято сразу после 18-летия надевать визор, значит, буду так же делать.
— Старшие ребята советы давали, как побыстрее привыкнуть?
— Нет, они в мой день рождения без моего ведома взяли шлем и прикрутили визор. Я пришел в раздевалку, уже маски нет.
***
— Взрослым себя чувствуете?
— В душе до сих пор ребенок. Еще не повзрослел до конца. Хотя, конечно, как попал в КХЛ, стал взрослее, ко многим вещам начал относиться по-другому.
— К каким например?
— Стал лучше восстанавливаться. Стал более дисциплинарным.
— Какое у вас восстановление?
— Я очень люблю гулять. После игр могу час гулять. У меня есть магазин рядом, а могу специально пойти в самый далекий, чтобы пройтись с музыкой в наушниках. После матчей сразу спать не ложишься, из-за адреналина не уснуть, а прогулка помогает прийти в себя. Прихожу и сразу спать ложусь.
— Какие ритуалы есть перед матчами?
— Обязательно нужно прогуляться. Минут 30-40 хожу вокруг дворца, либо просто куда-то иду.
— Сколько же вы шагов в день делаете?
— Когда ноги сильно забиваются, то смотрю, сколько прошел. Пару раз было по 30 тыс шагов за день, но обычно в районе 15-20.
— Прогулки — это рекомендация тренера по физпоготовке Филиппа Арзамасова?
— Нет, он даже не знает об этом. Это исключительно моя инициатива. Прогулки помогают мне настроиться на игру, после матчей помогают расслабиться.
— Ваша подготовку к сезону в этом году изменилась?
— Да, я стал меньше лениться. Раньше бывало, что мог недоделать упражнение, потому что было лень. Сейчас такого нет. В этом году я очень рано начал подготовку. Нагрузки стали больше. Летом, когда тренер в Нижнекамске давал выходной, я сам ходил и занимался. Понимал, что нужно сделать шаг вперед и попробовать пробиться в основную команду.
***
— Вы сначала месяц тренировались с «Чайкой», а в августе попали в «Торпедо»?
— Да, начал с «Чайкой». 29 июля мы поехали на турнир в Казань. Те, кто не поехали, должны были присоединиться к команде КХЛ. Я на турнир поехал, думал, что все, проведу сейчас в МХЛ. В Казани у меня игра пошла, и после второго матча мне сказали, что я еду на сборы с «Торпедо».
— Предсезонка «Торпедо» была не слишком сложная?
— Не слишком, но не могу назвать ее легкой. Всегда летом тяжело. По два льда, интенсивные тренировки.
— Вы рассчитывали, что со старта сезона будете играть в КХЛ?
— В первые дни все было печально. Все были распределены по звеньям, а я был один. Не сделать ни упражнение, ничего, всегда в обороне бегал. Только дней через десять поставили в звено. Потом уже были товарищеские матчи, там я начал играть и пошло.
— Как думаете, почему для вас все так поменялось?
— Не знаю. Может быть, тренеры увидели, что я много работаю. У нас утром была тренировка, а вечером игровое занятие. Наверное, на игровых тренировках доказал, что могу играть на таком уровне.
— В начале сезона «Торпедо» шло на первом месте на Западе, сейчас вы четвертые. Довольны последними неделями чемпионата?
— Думаю, мы не стали играть хуже. Просто где-то везение ушло. Бывали провальные матчи, но сейчас вроде бы раскочегариваемся.
— Как обычно поражения переживаете? Прогулялись и забыли?
— Нет, так не получается. Я ненавижу проигрывать. После поражений долго сижу в форме в раздевалке, только потом переодеваюсь и иду в зал. В это время уже все заканчивают работу в зале, а я только иду туда. Потом звоню маме, пересматриваю игру и ложусь спать. Если все совсем плохо, то на прогулку не иду, нет настроения что-то делать, хочется просто лечь. На следующий день все забываю. Игорь Николаевич (Ларионов) постоянно говорит, что вчера уже не вернуть.
— Сейчас все больше хоккеистов работает с психологом. Вы никогда не обращались?
— Нет, потребности не было. Летом к нам приезжал в команду специалист по ментальной твердости. Было интересно, мне понравилось. Но лично идти к психологу не обращался.
***
— Известно, что Игорь Ларионов не ругается матом, не кричит. Но хоть раз голос за сезон повышал?
— Я лично никогда не слышал, чтобы он повышал голос. Он всегда спокойно пытается донести информацию. Он может грубо сказать, но никогда не повысит голос.
— Вы долго привыкали к такому подходу тренера? Уверена, в вашей карьере тренеры и орали, и матом ругались.
— Я еще в прошлом сезоне начал работать под руководством Игоря Николаевича. Я был очень удивлен такому подходу. После каждого хорошего действия на тренировке он тебя всегда подбадривает, в паузе может подъехать и сказать «Молодчик». Никогда негатива не будет, всегда с пониманием, объясняет в понятной форме без криков.
— Это не может расслабить?
— Нет, как видите, у нас нет такого, чтобы кто-то расслаблялся. Все просто понимают, что если расслабишься, то выпадешь из состава.
— В каждой команд есть лидер, который берет слово в раздевалке в тяжелые моменты, может напихать. Кто это в «Торпедо»?
— Никто не пихает. Если мы хреново сыграли, то все сами понимают. Есть люди, которые могут встать и сказать: «Давайте, чтобы больше такого не было, готовимся к следующим матчам». Это Кручинин. После поражения московскому «Динамо» он встал, так и сказал. Отдали игру, много не забили, пропустили глупые шайбы.
— Накопилась ли усталость? Все-таки половина регулярного чемпионата сыграно.
— Больше эмоциональная, чем физическая.
— Как вы относитесь к повышенному вниманию к вам?
— 50 на 50. Где-то это даже расслабляет. Но опять же я понимаю, что это ничего не значит, карьера только начинается, про меня могут быстро забыть. Поначалу, конечно, много смотрел соцсети, но потом перестал, понял, что это плохо на меня влияет. В начале я очень стеснялся давать интервью, но постепенно втянулся, научился разговаривать.
— Чем собираетесь заниматься в декабрьскую паузу?
— С 8 по 11 декабря будут выходные, а потом заедем на базу, где у нас был летний лагерь, будем пять дней тренироваться. Но я не знаю, будет ли у меня отдых, может, отправят за «Чайку» играть, потому что я много пропустил, надо форму набрать.
***
— Опытные игроки — фанаты бани. Вы любите?
— Очень люблю баню. Перед играми хожу. Хожу обязательно с кем-то. Часто с Лешей Кручининым ходим. Один раз пошел без него, так он обиделся, что я его не позвал. Он вообще очень много подсказывает. Когда мне спокойно говорят, я хорошо воспринимаю информацию. А вот крик вообще не воспринимаю. Так с самого детства было.
— В «Авангарде» в свое время Илья взял шествие над молодыми Чинаховым и Чистяковым. Ребята рассказывали, что им было сложно перейти с «вы» на «ты». У вас тоже такие трудности возникали?
— В прошлом сезоне и начале этого мне было сложно. Когда сезон стартовал «выкать» закончил. Мы еще вместе в раздевалке сидим. В прошлом сезоне я ко всем на «вы» обращался, даже к тем, кому 20 лет. Так я воспитан, не могу сразу на «ты» переходить.
— Вы вообще стеснительный?
— Да, очень стеснительный. Для меня приходить в новую команду — большой стресс. Даже на льду стесняюсь что-то делать. Но могу сказать, что в КХЛ стеснение уходит на второй план. Если здесь будешь стесняться на льду, то играть не будешь.
— В «Торпедо» уже адаптировались?
— Думаю, да. Когда тебя подбадривают, помогают, то появляется понимание, что ты нужен команде, что твои действия ценятся.
— У вас есть конкуренция с Силаевым? Понятно, что вы разных амплуа, но о вас говорят, как о двух молодых талантах, вы оба на драфт выходите.
— Нет, конкуренции точно нет. Мы, наоборот, только друг друга подбадриваем. Помню, как-то были в отеле и говорили, что было бы круто, если бы нас задрафтовали вместе, как Симашева и Бута. Смеялись.
— На выездах куда-то с ребятами выбираетесь?
— Мы в основном с Силаевым вдвоем ходим гулять и все. Он тоже любит погулять. Выйдет на улицу, возьмет телефон и зависнет надолго.
— Сейчас зима, -10…
— Все равно буду гулять. Недавно перчатки купил, так что нормально будет.
***
— Вы еще учитесь в школе?
— Я после девятого класса пошел в колледж на тренера учиться. Учусь на очном, но редко на учебе появляюсь. В сезоне просто нет сил и времени. Но стараюсь делать все задания, которые мне скидывают.
— Как в школе учились?
— До класса восьмого все было плохо. Из-за плохих оценок с родителями были разногласия по теме хоккея. Они всегда говорили, что надо учиться. В классе восьмом это понял, начал хорошо учиться. В итоге девятый класс закончил только с пятью «четверками», остальные пятерки.
— Почему до 11 класса решили не доучиться?
— В школе сказали, что если я не буду появляться в школе, то мне просто так оценки ставить не будут. В тот момент я уже понимал, что буду играть в МХЛ, а там уже не получится каждый день в школу ходить. Потом еще и обмен случился.
— Как у вас с английским?
— В планах начать учить. Надо. Дай бог на драфт поехать, там он нужен будет. В школе я учил английский, хорошо его знал, но последние три года не занимался, начал забывать. Недавно играл с Бобби Линчем, начал что-то вспоминать.
— Есть ли у вас зависимость от соцсетей?
— Думаю, да. От инстаграма (запрещенная соцсеть в России — прим. ред.). При этом сам я очень мало выкладываю, не любитель, в основном видео смотрю, истории друзей.
— Вы переехали в Нижний Новгород в прошлом году. Быстро освоились в городе?
— Тяжело было. Впервые уехал от родителей. Недели две было очень сложно. Но мне повезло, что в «Чайке» был классный коллектив, со всеми сдружился. Мне показали центр, я вообще офигел от красоты. Сейчас уже весь город знаю.
— Живете один? Как с бытом справляетесь?
— Живу на базе один. Когда игры, то заселяюсь рядом с ареной в отель. На базе очень комфортно, там друзья с «Чайки», весело время проводим, нас кормят, есть уборка. В общем, очень удобно.
— Снимать квартиру пока не планируете?
— Родители мне постоянно про это говорят, что надо уже взрослеть. Думаю, в следующем году уже буду снимать.
— Завтрак себе сможете приготовить?
— Завтрак смогу, а остальное вряд ли.
***
— Еще будучи в «Реакторе» замечали интерес со стороны других клубов КХЛ? Может, вас кто-то хотел переманить?
— Не знаю. Единственное, что, когда был в «Реакторе», агент звонил и говорил, что несколько клубов мной интересуется. Но мы тогда сошлись на мнении, что останемся в Нижнекамске. Это дом, здесь семья. Потом я сыграл еще два матча и на следующий день меня обменяли в «Торпедо». Я был в шоке. Позвонил маме, она вообще не могла поверить. Но в итоге я понял, что переход — к лучшему. В «Нефтехимике» бы не дали шанса, там не дают шансов молодежи так, как в «Торпедо». Игорь Николаевич показывает, что можно спокойно молодыми выигрывать и хорошо проводить сезон.
— Как вы в Нижнекамске начали играть в хоккей?
— Я начал не в Нижнекамске, а в поселке городского типа рядом с городом. Мы там жили с родителями. Камские Поляны, это в 40 км от Нижнекамска. Я в три года встал на коньки, четыре года занимался там, сначала с ребятами 2002 года рождения, потом 2003-го. В 8 лет к нам в поселок приехал «Нефтехимик-2005» на сборы, меня посмотрели и пригласили к себе. Спасибо родителям, что со мной переехали в Нижнекамск.
— Родители у вас с хоккеем связаны?
— Папа немного занимался, но так нет, не связаны.
— В детстве на кого смотрели? На Якупова, Сергачева?
— Честно говоря, ни на кого особо не смотрел. Помню, когда маленьким был, видел матчи «Ак Барса», запомнил Лукоянова, а еще Зарипова и Морозова.
— В 2021 году Сергачев приезжал в Нижнекамск с Кубком Стэнли. Вы тогда были на мероприятиях с трофеем?
— Да, там же все команды «Нефтехимика» фотографировались с кубком. Я тогда и подумать не мог, что когда-нибудь тоже буду бороться за большие кубки. Это все казалось чем-то нереальным. Но прошло все два года, и жизнь так поменялась.
— В школе «Нефтехимика» с условиями все было хорошо?
— Сейчас я видел, там зал построили, Михаил Сергачев как раз сделал. Раньше, помню, приходилось разминаться на арене, где играют. Бегаешь по трибуне, когда хоккей люди смотрят. Ладно летом и осенью — не так холодно, можно на улице размяться, а вот зимой неудобно.
— В «Торпедо» не так?
— У «Чайки» все есть, и для домашней команды, и для гостей. Даже на старенькой арене есть все.
— В Нижнекамске хоккей — самый популярный вид спорта?
— Еще футбол, мне кажется, ему даже больше внимания уделяют, больше бюджеты и все остальное. Там есть команда ФНЛ, на нее всегда полный стадион собирается.
— За футболом следите?
— Обожаю футбол! Смотрю Испанию, Италию, Бундеслигу. Нравится «Барселона». Английскую Премьер-Лигу не смотрю, потому что ее сейчас не показывают. Люблю Лигу чемпионов, смотрю топовые матчи.
— Кто ваш любимый футболист?
— Если сейчас смотреть, то Гави. Кайфую от его игры. Он такой маленький, ему всего 19 лет, а уже так здорово играет.
***
— Кто вам из хоккеистов больше всего нравится?
— Джек Хьюз из «Нью-Джерси», Клейтон Келлер из «Аризоны» и Евгений Кузнецов из «Вашингтона». Кузнецова люблю с года 2018-го. Помню еще когда он за «Трактор» играл, но это было еще раньше. Потом увидел его в «Вашингтоне», и меня просто он покорил, его неординарные действия. Он такой вальяжный. Помню, как играл за сборную России, забил США и «птичку» сделал. У Хьюза нет минусов, он все может сделать: и побороться, и обыграть, у него волшебные руки. Знаю, что если Келлер и Хьюз выйдут «один в ноль», то они точно забьют.
— Вы обошли по количеству очков в своем возрасте Кузнецова и Ничушкина, побили рекорд Мичкова по очкам за матч для игроков до 18 лет. Вы сами себе удивляетесь, глядя на эти фамилии?
— Я тогда увидел, что у Тарасенко 28 очков. Подумал, что почему бы и его не попробовать догнать. Но в итоге первый матч после этого и сразу травма. Решил больше не думать. А так приятно, конечно, быть в таком списке.
— Мысли про драфт НХЛ вас часто посещают?
— Я только в прошлом сезоне о нем узнал. Точнее я знал о его существовании, но особо не следил, не задумывался, что меня могут выбрать. Когда задрафтовали Мичкова, Гуляева, то подумал, что через год могу тоже выйти на драфт. В Казани на предсезонном турнире ко мне много скаутов подходило. По ходу сезона стараюсь вообще об этом не думать, но, конечно, мысли есть, меня постоянно просят всякие анкеты заполнять, скауты звонят.
— Много звонят?
— Не сказал, чтобы очень много. Иногда просто очень неудобные вопросы задают. Например, спрашивали: «Чем ты через год поможешь этой команде?» Как на это можно ответить, я даже не знаю.
— Анкеты большие?
— Смотря где. Одному клубу заполнял анкету часа два. Там ведь еще все на английском, надо переводить.
— В каком возрасте у вас агент появился?
— Долгое время агента не было. Я за «Нефтехимик» ездил играть на финал ЮХЛ, после этого финала у меня появился агент. Мне было 16 лет. Как-то до этого вообще не задумывался о том, нужен ли агент. Я знал о их существовании, но равнялся на Овечкина, у него родители же как агенты. Думал, что у меня так же будет. Но в итоге работаю с агентом, так удобнее, он помогает решать много бытовых вопросов.
Дарья Тубольцева, Sport24.ru