В интервью официальному сайту МХЛ Никита Артамонов рассказал о своих родителях, плей-офф с «Чайкой» и новых опытных партнёрах в «Торпедо».
— У нас было три дня отдыха, я находился дома в Нижнем Новгороде, гулял по вечерам. Потом вернулись к тренировкам.
— Ваш досуг всегда так выглядит?
— Я действительно очень часто гуляю вечером, ещё люблю ходить в кино, но это нужно планировать за день. Также в свободное время могу уделить пару часов компьютерным играм.
— Ваши родители по-прежнему живут в Нижнекамске?
— Да. Сначала были мысли о переезде, но спустя полгода после перехода в «Торпедо» я решил, что нужно учиться жить одному. У родителей в Нижнекамске дом и работа, мне приятно приезжать к ним летом.
— Вы быстро привыкли к самостоятельной жизни?
— Сначала в быту было действительно тяжело, но я всегда созванивался с мамой, она очень сильно помогала. В этом сезоне стало намного легче.
— Как у вас с готовкой?
— С этим всё плохо. В детстве мама звала меня помочь ей в готовке, чтобы я тоже учился чему-то, но это не моё. Могу приготовить что-то самое банальное, однако приступать к чему-то более тяжёлому даже не буду пытаться.
— Какое ваше любимое блюдо?
— Мамины плов и лагман.
— Сложно придерживаться правильного питания, когда в семье есть повар?
— Да, мама всегда готовила много и вкусно, поэтому в детстве у меня были небольшие проблемы с весом. Когда переехал в Нижний Новгород, Игорь Николаевич со мной поговорил, теперь у меня отдельное питание.
— Мама не обижается, когда вы приезжаете в Нижнекамск со своим рационом?
— Нет. Прошлым летом она даже начала питаться по этому рациону вместе со мной.
— Вам было трудно перейти на «зелёный вектор» питания?
— Нет, потому что это советует Игорь Николаевич, а такого человека невозможно не слушать. Он знает, что его рекомендации помогут нам в будущем. Питание в любом случае скажется на состоянии. С переходом на «зелёный вектор» я почувствовал, что растительность очень быстро наполняет желудок, ей быстро наедаешься.
— Как в межсезонье проходила работа над физикой?
— Я ежедневно тренировался в зале, очень много работал. В итоге за лето прибавил один килограмм, но при этом снизился процент жира и добавилось мышечной массы. Ещё в прошлом сезоне задумывался о том, что нужно становиться крупнее.
— Теперь чувствуете себя увереннее на льду?
— Да, уверенности стало значительно больше. Теперь я знаю, что не уступлю в любом единоборстве, не зависимо от габаритов соперников. Раньше были случаи, когда в меня въезжали физически крепкие ребята, и я сразу падал. Теперь такого нет.
— Запомнился какой-нибудь особенно болезненный хит?
— Да, это был тысячный матч «Торпедо», мы играли со «Спартаком». В меня въехал Михал Чайковски, после его силового в глазах были звёздочки. Когда приехал на скамейку, думал, что сотрясение мозга, но обошлось. Сейчас я бы оказался готов к этому силовому.
— Вы стали чаще улыбаться?
— Я всегда улыбался, просто это не все замечали. На многих видео и фото кажется, что у меня однотипное лицо, но все в команде знают, что я часто шучу.
— Кто в «Торпедо» самый улыбчивый, а кто самый серьёзный?
— Самые улыбчивые Фирстов и Вася Атанасов. Перед играми самые серьёзные вратари и Миша Орлов.
— Что помогло вам так добавить на второй год в КХЛ?
— Наверное, просто действовал увереннее, хотя и раньше не сомневался в своих силах. Ощущаю себя так же комфортно, как и год назад. Я просто добавил в реализации и стал играть правильнее. Я не расстроюсь, если не наберу очков, но сыграю правильно. У меня была серия из четырёх матчей без голов и передач, но я не допускал в этих играх глупых ошибок, поэтому не заострял внимание на результативности.
— Чувствуете, что к вам повысилось доверие?
— В прошлом сезоне мне тоже очень много доверяли. Я играл стабильно, так что ничего не изменилось.
— Признаков «звёздной болезни» за собой не замечали?
— Нет, надеть на себя корону — это точно не про меня. Игорь Николаевич это не приемлет, он не любит людей, которые возвышаются над другими из-за своих успехов. Надо оставаться простым человеком и работоспособным игроком.
— Перевод в четвёртое звено в ноябрьском матче против СКА стал для вас холодным душем?
— Нет, я вышел с холодной головой и спокойно отыграл матч. Во втором периоде меня уже перевели во второе звено, а в третьем вернули в первое. Всё зависело от меня. Если тренеры приняли такое решение, значит так было надо.
— Вам не прилетало за фразу о «Локомотиве»: «Невозможно с ними играть. Мне кажется, даже зрители засыпают на трибунах»?
— Если честно, было неправильно выкидывать эту цитату в интернет. В том интервью меня спросили, какого соперника в КХЛ я считаю самым тяжёлым. Я ответил, что против «Локомотива» сложнее всего играть, потому что на каждом участке площадки идёт борьба. Тогда же я сказал, что Игорь Никитин за три года сделал просто сумасшедшую команду с лучшей обороной в Лиге. Чтобы что-то создать в матче против ярославцев, кто-то из них должен очень сильно ошибиться. Про болельщиков просто необдуманно ляпнул.
— Вы не думали над повышением бросковой активности?
— Иногда просто нет для этого возможности. Например, я могу бросить по воротам с угла или со входа в зону, но в этом не будет никакого смысла. Если я выхожу один на один с защитником, то точно брошу, не буду обыгрывать. Иногда у меня получается скрыть бросок из-под соперника, поэтому вратари не видят шайбу. Однако такое возникает нечасто.
— Когда вы почувствовали, что повзрослели с профессиональной точки зрения и перестали быть в глазах тренеров молодым?
— Думаю, в прошлом сезоне. С меня был такой же спрос, как с остальных, просто я этого не понимал. Игорь Николаевич сказал, что в «Торпедо» ни у кого нет поблажек, в команде нет старых или молодых, ко всем одинаковые требования, и если их выполняешь, то играешь.
— Как вы относитесь к сравнению с Иваном Демидовым?
— Нейтрально. Ваня Демидов очень талантливый. Я смотрел турнир «три на три» на Кубке Первого канала. Когда он убрал нашего защитника Диму Бреуса и забил с неудобной, я просто офигел. Думаю, из него получится отличный игрок.
— Вам легче играть, когда к команде приковано не очень много внимания экспертов и журналистов?
— В первом сезоне я сыграл всего один матч, поэтому не застал шумихи вокруг «Торпедо». В прошлом сезоне ажиотаж был связан в основном с песней «Зима в сердце» и ананасами. Мы начали регулярку отлично, но закончили её не очень хорошо. Я спокойно отношусь к повышенному вниманию со стороны зрителей и журналистов, моё дело — выходить и играть.
— Как вам играется дома при стабильных аншлагах?
— У нас небольшой стадион, поэтому слышно каждого болельщика: и поддержку, и плохие слова после пропущенных шайб. Когда зрители на трибунах начинают качаться и петь «Нижегородскую лирическую», у меня по коже идут мурашки.
— Почему у вас не получилось отличиться в розыгрыше Кубка Гагарина?
— Не хватило хитрости и хладнокровия. Во втором матче серии я выходил один на один в конце первого овертайма, но не забил. После решающего матча отходил минут 30. В той игре я забил гол, однако его не засчитали. Затем у меня был шанс в розыгрыше большинства, но Серебряков вытащил. Я тогда сжирал себя изнутри, потому что мог помочь команде спастись. Было очень тяжело, однако никто не давал мне погоревать день-два, потому что на следующий день я поехал в Казань играть за «Чайку».
— В этом сезоне торпедовцы готовы замахнуться на самые высокие цели?
— Мы должны в плей-офф проходить дальше. К нам пришли Дмитрий Кагарлицкий, Евгений Свечников, Слава Войнов — они делятся своим опытом.
— 15-16 летняя разница в возрасте не давит?
— Сначала я действительно очень стеснялся, но сейчас она вообще не ощущается. Они отличные парни, шутят надо мной, а я — над ними. Никто не обижается, мне могут только в прикол сказать: «Маленький, ты чего?» В «Торпедо» нет никакой дедовщины.
— Как вас подключили к «Чайке» после вылета «Торпедо» из плей-офф?
— Мы вернулись в Нижний из Санкт-Петербурга только ночью. Я поспал, а утром мы втроём с Бреусом и Силаевым выехали на газели в Казань. Потренировались с «Чайкой», а на следующий день уже играли. Было сложно переключиться — в голове сидел плей-офф КХЛ. При этом я понимал, что настоящие профессионалы должны быстро переходить из одной лиги в другую. На нас возлагали надежды, мы не могли подвести ребят. Получилось помочь команде, однако мне кажется, что от нас ждали большего, чем обидное поражение от «Локо» в полуфинале. Ожидания на меня не давили. Только винил себя после поражений, когда не получалось набрать очков. Я понимал, что, если у команды не идёт игра, мне надо завести ребят или забить гол, чтобы всех взбодрить. Люди ошибаются, если думают, что игроки из КХЛ обязательно должны зажигать при возвращении в МХЛ. После плей-офф КХЛ эмоции и силы чуть угасли, их и не хватило «Чайке» от нас.
— Эмоции напрямую отражаются на результативности?
— Сто процентов, эмоции очень влияют. Если чувствуешь, что идёт игра, то хочешь продолжать. А когда ничего не получается, раньше я начинал себя корить. Сейчас сразу отпускаю неудачные смены и возвращаюсь на лёд с холодной головой.
— Чем чемпионская «Чайка» отличалась от той команды, в которую вы приехали весной?
— В чемпионском сезоне у нас была очень дружная команда: все играли друг за друга, в раздевалке царил один позитив. В плей-офф-2024 нам не хватило этих деталей, многие ребята были замкнутыми. В составе было шесть-семь человек, для которых это были первые матчи на вылет в МХЛ. Я их понимал, в чемпионском плей-офф мне тоже было волнительно, но помогла команда. Возможно, весной дело было в нас, опытных игроках, потому что мы не помогли молодым ребятам.
— Вы смотрели финал Кубка Харламова?
— Да, посматривал за результатами матчей. Перед финалом лично для меня СКА-1946 был фаворитом — там просто было больше мастеров, чем в «Локо». Там выступает Амир Нугманов, мы с ним всё детство вместе играли по школе, до сих пор хорошо дружим. Я хотел, чтобы он выиграл Кубок Харламова. В итоге получилось так, что мы с ним стали чемпионами МХЛ в первый год после обменов из «Нефтехимика».
— Вы были на вечеринке Нугманова, когда он привёз Кубок Харламова в Нижнекамск?
— Да, меня он тоже позвал. Ребята из «Реактора» трогали Кубок Харламова, но это они зря. Я не стал к нему прикасаться, просто посмотрел на гравировку «Чайки» с нашего чемпионского сезона и всё.
— Каким был ваш день с Кубком Харламова летом 2023 года?
— Он очень сильно отличался от того, что было у Амира. Мы с Гришей Морозовым привезли Кубок Харламова на арену. Пришли болельщики, мы сфотографировались со всеми желающими. Приезд Амира гораздо больше афишировали, поэтому к нему пришло очень много людей, было приятно это видеть. Главное, что с нами сфотографировался наш детский тренер Виктор Фёдорович Лялин, который воспитал наш с Амиром 2005 год. Он был очень рад нашим успехам.
— По ходу сезона вы с Амиром обсуждали потенциальную встречу в финале Кубка Харламова?
— Мы с ним виделись в Москве во время регулярки, тогда «Торпедо» и СКА приехали играть против «Динамо». Во время прогулки он сказал: «Мы выиграем Кубок Харламова!» Я ответил: «У меня первым делом КХЛ, но если отправят в «Чайку», то Кубок наш!» Мы с ним спорили, кто победит. Если честно, хотелось встретиться с Амиром в финале, но не повезло.
— Невезение ведь не единственная причина поражения в серии с «Локо»?
— Ярославцы ни в чём нас не превосходили, нам действительно просто не везло. В пятом матче серии мы вели в Ярославле 1:0, но в конце пропустили три гола за несколько минут, а дома уступили в овертайме.
— Что имел в виду Евгений Волохин, когда в интервью сказал: «Единственное, что мне будет интересно в матче с «Торпедо» — сыграть против Артамонова. Мы хорошо знакомы, и я знаю, какой он человек. Пусть остальное останется между нами»?
— Думаю, я понимаю, о чём он. В сезоне 2023/2024 мы с ним были в сборной, он сказал, что я дал ему дорогу в профессиональный хоккей. В матче «Реактора» против «Мамонтов Югры» он вышел на замену при счёте 1:4, отразил оба моих буллита и помог команде выиграть 5:4. После этого его карьера пошла в гору. Он хвалил меня и очень за это благодарил. Помню те буллиты, Волохин тогда меня просто «прочитал».
