Владимир Астафьев был величиной «Торпедо». Недаром на него обращали внимание тренеры сборных СССР – взрослых и молодёжных. Страну и свой клуб защитник из Горького достойно представлял в далекой Канаде, которая считается родиной современного хоккея.
Хорошо известно, что 22-летний Владимир Астафьев входил в расширенный состав кандидатов в сборную СССР для участия в первой суперсерии матчей с национальной командой Канады. Он участвовал в контрольных играх, которые предшествовали большому событию: в паре с Юрием Шаталовым из «Крыльев Советов» торпедовец держал оборону против атак ЦСКА и московского «Динамо». Причем в крупном счете встречи с армейцами (8:1) была и его доля - Астафьев отметился результативной передачей. И всё же за океан тренеры первой сборной его не взяли. По словам самого хоккеиста, они побоялись «худенького паренька из Горького запускать в «мясорубку».
Он отправился в Канаду чуть позднее – не в сентябре, а в декабре. Тогда вторую команду страны называли ещё сборной Москвы, поскольку все игроки, кроме Астафьева, выступали за столичные клубы. В этой сборной у Владимира были другие партнеры, но с ними он тоже находил общий язык. Боевитую игру торпедовца, которая им импонировала, отличали неуступчивость, сообразительность, техничное владение шайбой. Недоставало только богатырской мощи, чтобы тормозить соперника силовыми приёмами. Соглашаясь с этим, Астафьев говорил, что он «ни с кем не дрался, не бился, в силовую борьбу не решался вступать. Мощь не главное достоинство защитника, важнее иметь светлую голову…».
Его часто приглашали во вторую сборную, где он порой выступал в роли «подносчика снарядов». Например, будучи в Канаде на финише 1972 года, Астафьев начинал голевые атаки в Торонто, когда гости разгромили сборную провинции Онтарио, и в Китченере, где поражение с таким же счётом 2:8 потерпел местный «Рейнджерс». Защитник автозаводской команды выходил также на лед Монреаля, Гамильтона, Тандер-Бея и других канадских городов, его вклад в общую победу – шесть выигрышей и одна ничья в восьми матчах – был неоспорим.
Через два года он снова полетел в страну Кленового листа, на этот раз вместе с одноклубниками Юрием Фёдоровым, Александром Куликовым, Владимиром Орловым, Виталием Краевым и старшим тренером «Торпедо» Александром Прилепским, который в сборной СССР-2 помогал Виктору Тихонову. Эдмонтон, Ванкувер, опять Монреаль… Вновь победное турне. Двукратный чемпион мира Фёдоров, с которым Астафьев чаще всего играл в одной паре, позднее вспоминал: «Мы много общались вне льда, бывали друг у друга в гостях, отмечали праздники. Володя был очень добродушным, миролюбивым – я никогда не видел, чтобы он с кем-то ссорился, скандалил. Старался не поддаваться грусти, унынию. В общем, с ним было хорошо не только на хоккейной площадке».
Как-то Астафьева спросили, помнит ли он свой самый важный гол. Были названы не заморские города, не Москва, а родимый Горький. «Я забросил Владиславу Третьяку в матче с ЦСКА. Счет был 1:1, и тут Саша Федотов отдал мне пас. Третьяк выкатился, а я поразил его ворота. Мы выиграли – 3:2! Такие шайбы не забываются!». Добавлю, что в том матче Астафьев поучаствовал в сотворении и третьего гола – с его подачи забил Александр Скворцов.
В октябре 1979 года Владимир получил тяжёлую травму. Я был на той игре с московским «Динамо» и своими глазами видел, как в борьбе с нападающим гостей Астафьев рухнул на лед, сильно ударившись спиной о лицевой борт. Он повредил позвоночник и не мог сам подняться. Его унесли с площадки и прямо в форме отвезли в больницу. Защитник «Торпедо» вернулся к своим обязанностям только будущей весной. А потом еще шесть лет играл за команду, с которой тяжело расставался.
Очень справедливо поступил торпедовский клуб во главе с Александром Харламовым, когда под своды нагорного Дворца спорта взмыл хоккейный свитер Владимира Дмитриевича Астафьева. Он, рекордсмен нижегородской команды по числу проведённых сезонов, сегодня заслуженно находится среди её самых громких имён. Это был настоящий боец и умный мастер, отдававший в сражениях за шайбу предпочтение игровой грамоте, а не грубым силовым приёмам. Не случайно он недолюбливал у канадцев грязный хоккей.
Владимир МОЛЧАНОВ