- Владимир, сезон получился достаточно насыщенным и продолжительным и у команды «Торпедо», и лично у вас. Можете сказать, что устали как никогда ранее? Или от поражений в предыдущие годы игроки уставали больше?
- Такой долгий сезон у меня, действительно, впервые получился. Хотя, в отличие от торпедовцев, два года подряд не попадавших в плей-офф, я играл в турнирах «на вылет» с «Саровом» в высшей лиге, а ранее - с «Торпедо-2». Но по сравнению с высшей лигой хоккей в КХЛ совсем другой - более скоростной и остро атакующий, с быстрыми переходами от обороны к атаке. После таких игр очень сильно устаешь эмоционально, и от матча к матчу накапливается не только физическая усталость. Тем более когда играешь в плей-офф. По окончании серии с московским «Динамо» эмоции были на исходе.
- А разницу между регулярным чемпионатом КХЛ и Кубком Гагарина тоже почувствовали?
- В плей-офф вообще нельзя расслабляться ни на минуту, нужна максимальная концентрация. В чемпионате все равно играешь на автомате, а в плей-офф начинаешь чувствовать повышенную ответственность, потому что каждая ошибка любого игрока может привести к взятию ворот, а значит, к поражению твоей команды. Вот мы, например, считаю, смазали концовку. Не проиграй «Торпедо» в Москве четвертый матч с московским «Динамо», все было бы совсем по-другому в серии. Нашей команде было по силам пройти динамовцев, и я не изменил своего мнения даже после их победы над питерским СКА в финале западной конференции. Уверен, в КХЛ можно обыгрывать любую команду!
- Возможно, судьба оставляет торпедовцам шанс стремиться к большему в следующем сезоне?
- Согласен, есть куда стремиться (улыбается).
- Вам, к примеру, до абсолютного показателя не хватило одного матча. Кстати, почему пропустили игру в серии с московским «Динамо»?
- Микротравма у меня была, но в заявку команды не попал вовсе не поэтому. Просто так решил главный тренер, который посчитал, что кто-то готов лучше меня.
- Ранее в «Торпедо» работали исключительно российские тренеры. Сложно ли было привыкать к требованиям финских специалистов?
- Нет, нисколько. В коллективе был переводчик, который дословно объяснял все требования Кари Ялонена. А в ходе сезона ребята, которые не знали английского, начали понимать уже и английский. Так что никаких проблем в этом плане не было. Другое дело, что у финских тренеров совсем иная система подготовки команды, нежели у российских. Допустим, льда на предсезонке не так много, больше теоретических занятий, а «физикой» мы занимаемся либо в зале, либо на футбольном поле. Среди упражнений - бег, ускорения. Если российские тренеры любят давать высокую физическую нагрузку, то здесь процесс подготовки построен без каких-то «рывков», идет плавно, в среднем темпе. Что сказать, если после такой предсезонки команда ровно прошла весь сезон, значит, это и есть победный рецепт.
- Как часто вам доставалась критика от Ялонена?
- Поверьте, нормально. Вполне достаточно, чтобы не расслабляться.
- В одном из интервью прочитала, что главный тренер «Торпедо» заходил в раздевалку с палкой. Это действительно так, или шутка?
- Нет, не шутка. Ялонен заходил в раздевалку, держа в руках клюшку, распиленную пополам, то есть без крюка. Это и была та самая палка, которую наш тренер применил только один раз, в плей-офф. Видимо, неправильные действия команды на площадке его так расстроили, что Ялонен не сдержался. Слава богу, никто из игроков не пострадал - досталось мелкой бытовой технике (улыбается).
- Лишнее доказательство того, что Ялонен - жесткий тренер, приверженец строгой дисциплины. Может быть, как раз этого не хватало торпедовцам при работе под началом Попихина и Голубовича?
- Дисциплина бьет класс - уже давно доказано. В нашей команде дисциплина была на очень высоком уровне. Причем требования для всех одинаковые - неважно, в первом звене ты играешь или в четвертом. Мы все делали общую работу. Могу вспомнить по своему опыту: у Попихина и Голубовича одни и те же звенья выходили играть и в меньшинстве, и в большинстве, а другие при игре в неравных составах сидели на лавке. У Ялонена каждый отвечал за свой «участок». От меня в четвертом звене требовалось как можно внимательнее сыграть в своей зоне в обороне, не допустить ошибок и отправить шайбу в чужую зону. Плюс, зарабатывать удаления и, по возможности, забивать голы, отдавать результативные передачи. Случалось, играл в меньшинстве, когда тренер давал передышку другим ребятам. Кстати, раньше меня часто выпускали в меньшинстве, и, возможно, Ялонен об этом знает...
- В «Торпедо» вы играете под номером 10. Почему взяли именно такой, и не давит ли авторитет Ковина, особенно теперь, когда его майка висит под сводами Дворца спорта?
- (Смеется.) Не так чтобы сильно давит, а как играл в «Торпедо» Владимир Ковин, мой папа рассказывал. И мне очень приятно играть под этим номером. А еще радует, что в Нижнем Новгороде не забывают о ветеранах, о тех, кто много сделал для нашего хоккея, можно сказать, поднимал авторитет «Торпедо». Надеюсь, мне удастся продолжить торпедовскую «династию» десятых номеров. В свое время, в юношах я начинал играть под ?17, потом отец купил майку с «десяткой», и после этого она всегда была со мной, кроме одного сезона, когда 10-й номер в «Торпедо» был занят Сергеем Шаламаем (мне тогда пришлось играть под ?31). Потом Шаламай ушел, и с тех пор «десятка» моя.
- Проведя полноценный сезон, вы теперь на правах проверенного игрой бойца можете давать советы своим друзьям Алексею Потапову и Дмитрию Клопову, которые сыграли не так много?
- Ребята были травмированы, и я за них переживал. Думаю, как и они за меня. А с советами к ним не полезу, это точно. Мы практически ровесники, к тому же Дима Клопов практически с 16 лет в команде, скорее, это он мне может что-то подсказать.
- Завидуете друзьям, успевшим не только жениться, но и детьми обзавестись?
- Нет, не завидую. У меня тоже есть подруга, и в июне мы сыграем свадьбу. Наталья серьезно занималась художественной гимнастикой, сейчас работает тренером, так что она все прекрасно понимает. Конечно, спортивная карьера - это очень важно для меня, но куда ж без семейной жизни. Надеюсь, одно другому не помешает.
Советский спорт в Нижнем Новгороде