Не дожидаясь окончания опроса болельщиков на официальном сайте «Торпедо» можно утверждать, что лучшим игроком января будет назван вратарь Александр Фомичёв, который значительно опережает своих конкурентов: за него уже отдали голос более 40% респондентов. Сегодня мы хотим представить новобранца нашей команды.
- Александр, в «Торпедо» вы сразу стали первым номером, но сезон начинался для вас не самым удачным образом: из «Сибири» вас отправили в фарм-клуб. В чем причина командировки в Высшую лигу?
- Мне сложно сказать. Получилась немного странная ситуация. После двух поражений подряд нам предстоял матч с «Ладой». Томас Лоусон не мог играть по какой-то причине, и в ворота поставили меня. Матч провел, вроде, неплохо: в основное время была ничья - 2:2, и овертайме никто не смог забить. А на штрафные броски поставили Юрия Ключникова. Он здорово сыграл на буллитах, мы выиграли. Я спокойно ушел на выходные, два дня отдохнул. А когда вернулся, мне сообщили, что меня отправляют через драфт отказов в Высшую лигу – в фарм-клуб новосибирской команды «Зауралье» (Курган). На мой вопрос о причинах ответили, что в клубе недостаточно средств, чтобы платить зарплату двум опытным вратарям. В «Сибири» тогда предпочли оставить Лоусона. Я мог отказаться ехать в Курган, но тогда со мной просто бы расторгли контракт.
- Получается, причина не в вашей игре, а просто не повезло?
- Думаю, и то, и другое сыграло роль. Мне толком не объяснили, кто принимал решение. Но я знал, что с драфта меня не заберут: за два дня пригласить вратаря практически нереально. Поэтому спокойно поехал в Курган, там тренировался, сыграл за них семь матчей. А потом меня вызвали обратно в «Сибирь». Но уже через неделю клуб по своей инициативе расторг со мной контракт. И сразу же возник вариант с «Торпедо». Я буквально за три дня собрал вещи, перевез свою семью из Новосибирска в Москву, - а поверьте, это очень сложно, столько вещей нужно отправить! Но за три дня справились.
- У вас большая семья?
- С моей супругой Анастасией мы женаты уже больше трех лет, у нас есть сын Никита, которому девять месяцев. И маленький тойтерьер Кроша, которому уже восемь лет. И мы вчетвером ездим из города в город. Для Никиты это был первый переезд, мы решили не везти его в Нижний Новгород, потому что до конца сезона осталось всего несколько месяцев. Так что пока моя семья дома, в Москве. Но у нас постоянно матчи в столице, и поэтому есть возможность видеться.
- Приглашение в «Торпедо» - для вас шанс с новой силой заявить о себе?
- Безусловно, хотелось попасть в команду КХЛ. Я работал, тренировался в Высшей лиге для того, чтобы вернуться в КХЛ. Это была моя задача, моя цель. Но если бы никто не проявил ко мне интерес, я бы доигрывал сезон в Кургане, потому что в любом случае нужно держать себя в форме. Приглашение в «Торпедо» - это еще один шанс в этом сезоне показать свою игру, доказать себе и другим, что я на многое способен. Кстати, вариант с «Торпедо» возникал еще раньше в этом сезоне, когда я был в «Зауралье»: шли разговоры, но тогда переход не получился.
- Сами ожидали, что здесь пойдет игра?
- В Высшей лиге я не пал духом. Работал, тренировался каждый день. Может быть, еще более усердно, чем раньше. Анализировал ошибки, которые допустил в «Сибири». Приехал в Нижний Новгород отдохнувшим, и смог поймать свою игру. По крайней мере, первые матчи здесь сыграл очень прилично.
- Какую оценку вы бы поставили команде за тот отрезок чемпионата, который проводите здесь?
- Пять с минусом. Мы не совсем удачно играли в овертайме: проиграли три матча в дополнительное время – это минус. А так чувствуется, что в команде есть система. Все ребята действуют четко и слажено, бьются. И это дает неплохой результат. Но нужно продолжать работать и не расслабляться, ведь впереди у нас очень ответственные матчи.
- Вратари часто держатся обособленно от команды: настраиваются на матч отдельно, постоянно сконцентрированы на своих мыслях…
- Я такой же. Причем, чем ближе день игры, тем больше я замыкаюсь в себе, концентрируюсь. Если в день игры с кем-то и разговариваю – то только конкретно по делу. На вратаре всегда очень большая ответственность, ведь его ошибка – это, фактически, гол. От голкиперов очень многое зависит, соответственно и отношение к игре очень серьезное. Полевые игроки иногда странно смотрят на вратаря: «Что это ты так готовишься к игре?». Но тогда я отвечаю: «А ты попробуй, встань в ворота?» - «Нет-нет, лучше ты стой».
- Тем не менее, похоже, что с партнерами вы уже нашли общий язык?
- Да, я некоторых ребят знаю очень хорошо: с Егором Шастиным мы играли в Новосибирске, с Алексеем Трощинским и Виктором Александровым - в Омске, с Андреем Никитенко пересекались в ЦСКА. А с Павлом Брендлом мы играли еще в юниорской лиге в Северной Америке.
- Каким был Павел Брендл в те времена?
- Он возмужал, стал более рассудительным. Я бы не сказал, что он совсем не общительный, но достаточно закрытый человек, не знаю по какой причине. Сейчас мы постоянно с ним вспоминаем наши подвиги в юниорской лиге. Тогда наша команда «Calgary Hitmen» играла очень успешно. На некоторые матчи мы собирали полный стадион – по двадцать тысяч человек. Паша тогда был практически суперзвездой, хотя по-английски говорил совсем плохо. Сейчас у него с языком гораздо лучше.
- Страшно, когда Павел Брендл бросает по вашим воротам на тренировках?
- Честно говоря, да. У меня нет защиты шеи, и я всегда стараюсь прижать подбородок к груди, чтобы в шею не попало. В игре, конечно, об этом не думаешь. Я не знаю точную статистику, но большинство травм от бросков вратари получают именно на тренировках. А во время матча вратарские травмы чаще из-за неудачных падений.
- Во времена выступления в североамериканской юниорской лиге, вы принимали участие в чемпионате мира по роликовому хоккею…
- Да, я дважды играл за сборную Росси на таких чемпионатах. Оба проводились в Америке - один раз в Миннеаполисе, а другой - в Анахайме. На тех чемпионатах мы боролись за четвертое-пятое места: сборные США и Канады обыграть просто невозможно, у них есть свои профессиональные лиги по этому виду спорта. Наши основные соперники тогда – команды Австрии, Швейцарии, Германии. Старались бороться и с финнами, но это было очень непросто.
- В роликовый хоккей играют в формате «четыре на четыре», плюс пятый - вратарь. В роликовом хоккее нет синих линий, но зато нельзя давать пас через красную. Площадка – обычная хоккейная коробка, только безо льда. Катаются по специальному пластиковому покрытию. Шайба такого же размера, как обычная, но сделана из пластика: она легче, не так сильно бьет, но летит быстрее и по совершенно непредсказуемой траектории.
- Вернемся к сегодняшнему дню. С тех пор, как вы присоединились к команде в декабре, бессменно занимаете место в воротах. Не тяжело играть столько матчей без замены?
- У меня есть опыт в таких вещах. Как-то в омском «Авангарде» я провел более тридцати матчей подряд. Конечно, это не просто. Но если эти матчи играешь успешно, то становится немного легче (улыбается). Хорошие матчи прибавляют положительных эмоций. И это придает сил, помогает бороться дальше. Тем более, ребята помогают мне: стараются надежно сыграть в защите, чтобы работы у меня было не так много.
- А вообще вам комфортнее чувствовать себя первым номером или играть со сменщиком?
- Я себя комфортнее чувствую, когда хорошо играю. Это никак не зависит от того, выхожу я в каждом матче сам или играю по очереди с партнером. Многое зависит от того, какой коллектив в целом, и в правильное ли время ты попал в ту или иную команду.
- Хотели бы Вы остаться в "Торпедо" на следующий сезон?
- На сегодняшний момент – думаю, да. Но загадывать вперед я не могу. Надеюсь, что все будет хорошо. У меня контракт только до конца сезона. Конечно, я бы хотел остаться. Но пока об этом рано говорить – у нас ключевые матчи впереди. Сначала нужно их сыграть, а потом обсуждать планы на будущее.
Дарина Рейниш. Пресс-служба ХК "Торпедо",
января 2010 г.